* Великие примеры прощения

Великие примеры прощения

Прощение. Кажется, это так просто. Прощать своих врагов да и всех, кто нас просто чем-нибудь обидел, нам заповедано Самим Богом. В Евангелии сказано: «Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, — прости ему». (Лк. 7: 3, 4). Если мы, имея в сердце обиду на кого-то, просто попытаемся помолиться, и начнем читать   «Отче наш», то тут же сами осудим себя. Ибо просим Бога простить нас так же, как мы прощаем тех, кто обидел нас …
Тем не менее, любой христианин согласится: прощать и просить прощения – ох как сложно. Язык не поворачивается, не находится нужных слов… В такой момент, наверное, нам особенно нужна помощь святых. Тех, кто нашел в себе силы простить даже своих мучителей и убийц. В разные века эти люди во всем до конца следовали Христу, помня о   принесенной Им жертве и молитве за распинающих Его: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят». (Лк. 23: 34).
ВЕТХИЙ ЗАВЕТ
Первые примеры прощения дает нам еще Ветхий Завет. Исав, у которого брат Иаков хитростью отнял первородство и отцовское благословение, прощает его. (Быт. 33:4). Иосиф, проданный братьями в рабство, становится приближенным фараона. Братья, понимая, что теперь он волен распоряжаться их жизнями, трепещут, но Иосиф успокаивает их: «Не бойтесь, ибо я боюсь Бога». ( Быт. 50:19) В обоих приведенных случаях речь идет именно о родственных, братских отношениях. Конечно, иногда простить родственника не проще, чем незнакомого вора или убийцу, но все-таки такое прощение доступно любому из нас. Христианство поднимет эту добродетель на иную высоту. Христос будет требовать от своих учеников большего – люби не только тех, кто делает тебе благо, но и настоящих врагов.
НОВЫЙ ЗАВЕТ
Но сначала Он научит людей обращаться к Богу как к Отцу. Величайший пример прощения дает нам история Блудного сына. Отец, с распростертыми объятьями встречающий сына – это Сам Господь, терпеливо ожидающий нашего обращения. Аллегорический рассказ о всепрощении Господнем так поражал художников, поэтов, писателей, что доныне является одним из самых ярких образов, запечатленных на полотне и в слове. Уже первый мученик христианской эпохи перед смертью до последнего будет следовать Христу. Побиваемый камнями архидиакон Стефан до последнего вздоха молился и умер с молитвой об убийцах на устах: «Господи! не вмени им греха сего». (Деян 7:60).
ХРИСТИАНСКИЕ МУЧЕНИКИ
Жития святых, живших за века до нас, скупы на подробности, но доносят главную истину: первые христиане шли на смерть и муки, но понимали, что их гонители – лишь орудия в руках сил зла. Они ненавидели грех, но прощали грешников. Такими были святые мученики Прокл и Иларий, пострадавшие во время гонения при императоре Траяне (98-117 гг.). Их силой пытались заставить принести жертву языческим богам. Святого Прокла после многих истязаний вывели за город, чтобы, привязав к столбу, расстрелять из луков. Воины, ведшие святого Прокла на казнь, уговаривали его покориться и тем сохранить свою жизнь, но святой сказал, чтобы они исполнили то, что им приказано. По дороге к месту убийства их встретил племянник святого Прокла Иларий, который со слезами обнял дядю-мученика и тоже исповедал себя христианином. Воины задержали его и бросили в тюрьму. Святой мученик Прокл под градом стрел молился за своих мучителей и с молитвой предал свою душу Богу. Святая мученица диакониса Татиана Римская, принявшая за исповедание Иисуса Христа смерть при императоре Александре Севере, (222-235 гг.) когда ее били и выкололи ей глаза, терпела всё мужественно, молясь за своих мучителей, чтобы Господь открыл им духовные очи.
СТРАДАНИЯ СВЯТЫХ
Преподобный Дула Египетский страстотерпец, годы жизни которого точно неизвестны, был иноком одного из египетских монастырей и по кротости своей в течение 20 лет терпел насмешки, оскорбления и уничижения от некоторых из братии монастыря. Вначале ему было трудно, но постепенно, смиряясь душой и молясь Богу, он достиг  того, что всем сердцем жалел своих обидчиков и молился за них. Однажды один инок похитил и спрятал церковные сосуды. Когда стали разбирать дело о краже, недоброжелатели святого Дулы показали на него. Кроткий инок пытался оправдаться, но убедившись, что ему никто не верит, перестал спорить и сказал: «Простите меня, отцы святые, я грешен». Игумен приказал совлечь с преподобного иноческие одежды и облечь в мирское платье. Святого Дулу заковали и эконом жестоко бил его, но не смог выдавить признания о том, где спрятаны церковные сосуды. Святого предали на суд гражданским властям, подвергли пытке и по закону уже собирались отсечь ему руки, но   действительный виновник кражи почувствовал раскаяние и пришел к игумену, прося остановить казнь. Преподобного привели обратно в монастырь. Монахи стали просить у святого прощения, но он не только не злобился на них, но и благодарил, что ему дали возможность безвинным страданием изгладить совершенные им прегрешения. Святой просил Господа простить обидчиков. Через три дня он скончался, но тело его исчезло из запертого собора. Так Господь показал, что те, кто считали преподобного Дулу грешником, оказались недостойны предать его тело погребению.
Преподобного Серафима Саровского, встречавшего каждого приходящего к нему словами «Радость моя», однажды так жестоко избили и искалечили разбойники, из-за чего он остаток жизни ходил согбенным. Но когда этих лихих людей отыскали, святой Серафим простил их и просил не наказывать.
НОВОМУЧЕНИКИ И ИСПОВЕДНИКИ РОССИЙСКИЕ
Трудно простить обманщика, вора. Но как простить того, кто через минуту лишит тебя жизни? Все наше существо противится мысли о смерти. Какова же сила тех, кто нашел в себе силы отречься от самого дорого – жизни  - и простить убийцу? Такое под силу только святым. Но таких святых Русь явила миру в таком изобилии, что мы, немощные, до сих пор не можем до конца осмыслить всей глубины подвига Новомучеников и Исповедников Российских. Сухие протоколы редко доносят до нас то, что на самом деле думали и чувствовали эти обреченные на смерть люди. Тем драгоценнее каждая страница дневника, каждое письмо,   каждое воспоминание. Один из первых мучеников новой епохи митрополит Киевский Владимир (Богоявленский) был жестоко убит в 1918 году.   Вечером 25 января 1918 к митрополиту, жившему в Киево-Печерской Лавре, пришли пять вооружённых солдат во главе с матросом. Самое страшное, что святителя предали свои. Монахи Лавры, недовольными своим архипастырем и подстрекаемыми архиепископом Алексием пустили слух, что у митрополита хранятся деньги киевских храмов. Пришедшие требовали, чтобы владыка Владимир их отдал. Владыку пытали и, ничего не добившись, вывели на расстрел за стены Лавры. Перед смертью митрополит Владимир крестообразно благословил руками убийц и произнес: «Господь вас благословляет и прощает». Не успел он опустить рук, как был сражен тремя выстрелами. Недвижимое тело остервеневшие люди еще долго били и кололи прикладами.
Священномученика Макария (Гневушева), епископа Орловского и Севского в 1918 году в составе группы из 14-ти человек вывезли в пустынное место под Смоленском и построили спиной к свежевырытой могиле. Расстреливали осужденных по очереди. Владыка оказался последним, всё это время он молился с чётками в руках и благословлял каждого: «С миром отыди». Когда дошла его очередь, у красноармейца дрогнула рука. Увидев страх в глазах палача, Владыка сказал: «Сын мой, да не смущается сердце твоё и твори волю пославшего тебя». Вскоре этот красноармеец, простой крестьянин, оказался в больнице для душевнобольных. Каждую ночь он видел во сне убитого святителя, благословляющего его. «Я так понимаю, что убили мы святого человека. Иначе как он мог узнать, что у меня захолонуло сердце? А ведь он узнал и благословил из жалости и теперь из жалости является ко мне, благословляет, как бы говоря, что не сердится. Но я-то знаю, что моему греху нет прощения. Божий свет мне стал не мил, жить я недостоин и не хочу», – говорил несчастный убийца.
Священник Ачинского благочиния Красноярского края священномученик Михаил Каргополов, бывший до принятия сана офицером казачьих войск, был арестован в 1919 году. Красногвардейцы вывезли его за село, вытащили из саней, сняли с него шубу и потребо¬вали, чтобы он снял с себя крест. Отец Михаил отказался. Красноармейцы безуспешно пытались вырвать из рук священника крест, но безуспешно. Сжимая в руках крест, отец Михаил мо¬лился: «Не ведают, что творят!» Палачи выпустили в него зарядов двадцать, пока не убили.
Священномученика Гермогена (Долганева), епископа Тобольского и Сибирского, красногвардейцы утопили, бросив с палубы парохода в реку Туру. Епископ Гермоген молился за своих мучителей и благословлял их, а они цинично издевались над ним, привязывая к его телу тяжелый камень.
Преподобномученица Великая княгиня Елисавета Феодоровна, простившая убийцу своего мужа, Великого князя Сергия Александровича, и в последние минуты своей жизни явила высочайший образ кротости, молясь за тех, кто столкнул ее и других князей из рода Романовых в алапаевскую шахту.
Русская земля насквозь пропиталась кровью мучеников, прославленных и доселе скрытых. Но кровь священников продолжает литься и в наши дни. И той же болью звучат слова прощения. Так простила убийц мужа вдова убитого под Рождество 2007 года священника Олега Ступичкина из поселка Нейво-Шайтанского Алапаевского района Свердловской области: «Не могу держать в сердце злобу. Надо уметь прощать. А нам остается только молиться».
www.pravmir.ru

                                                                                                                                              Священник Даниил Сысоев